Нам рассказал Сулейман ибн Харб, нам рассказал Хаммад ибн Зайд, со слов Айюба, от Абу Килябы, от ‘Амра ибн Салимы, который сказал: Абу Киляба сказал мне: «Не встретишься ли ты с ним, чтобы расспросить его?». Он сказал: «Я встретился с ним и расспросил его, и он сказал: «Мы находились у источника на пути людей. Мимо нас проходили всадники, и мы спрашивали их: «Что происходит с людьми? Что с людьми? Что это за человек?» Они отвечали: «Он утверждает, что Аллах послал его, что Он внушил ему то-то, или что Аллах внушил (ему) это». Я запоминал эти слова, и они как будто вкладывались в мою грудь. Арабы ждали своего принятия ислама до (события) завоевания, говоря: «Оставьте его и его народ, ибо если он одержит над ними верх, то он — правдивый Пророк». Когда же произошло событие завоевания, каждый народ поспешил принять ислам, и мой отец опередил мой народ в принятии ислама. Когда же он пришел (к нам), то сказал: «Клянусь Аллахом, я пришел к вам от Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, по правде!» Он сказал: «Совершайте такую-то молитву в такое-то время, а такую-то — в такое-то время. Когда же наступит время молитвы, пусть один из вас провозгласит азан, и пусть имамом у вас будет тот, кто больше всех знает Коран». Они посмотрели, и не оказалось никого, кто знал бы больше Корана, чем я, потому что я запоминал то, что слышал от проезжавших всадников. И они поставили меня впереди, хотя мне было шесть или семь лет. На мне была накидка, и когда я совершал земной поклон, она приоткрывала меня. Одна женщина из племени сказала: «Не прикроете ли вы от нас срам вашего чтеца?». Тогда они купили и сшили мне рубаху, и я ничему не радовался так сильно, как радовался той рубахе»
