Нам рассказал Абу аль-Яман аль-Хакам ибн Нафи‘, он сказал: нам сообщил Шу‘айб, от аз-Зухри, он сказал: мне сообщил ‘Убайдуллах ибн ‘Абдуллах ибн ‘Утба ибн Мас‘уд, что ‘Абдуллах ибн ‘Аббас сообщил ему, что Абу Суфьян ибн Харб сообщил ему, что Ираклий послал за ним, когда он был в составе курайшитского каравана — а они торговали в Шаме — в то время, когда у Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, было заключено перемирие с Абу Суфьяном и неверными курайшитами. Они пришли к нему в Илию, и он пригласил их на свое собрание, в окружении вельмож Рима. Затем он позвал их, позвал своего переводчика и сказал: «Кто из вас приходится наиболее близким родственником этому человеку, который утверждает, что он пророк?» Абу Суфьян сказал: «Я ответил, что являюсь самым близким из них по родству». Он сказал: «Подведите его поближе ко мне, а его спутников поставьте позади него». Затем он сказал своему переводчику: «Скажи им: я буду спрашивать его об этом человеке, и если он солжет мне, то вы уличите его во лжи». И клянусь Аллахом, если бы не стыд того, что они станут рассказывать о том, что я солгал, я бы обязательно возвел на него ложь. Затем первым, о чем он спросил меня, был вопрос: «Каков его род среди вас?» Я сказал: «Он среди нас знатного рода». Он спросил: «Говорил ли кто-либо из вас подобное до него?» Я ответил: «Нет». Он спросил: «Был ли среди его предков царь?» Я ответил: «Нет». Он спросил: «Следуют за ним знатные люди или же слабые?» Я ответил: «Напротив, слабые». Он спросил: «Их становится больше или меньше?» Я ответил: «Напротив, становится больше». Он спросил: «Отступается ли кто-либо из них от его религии из-за ненависти к ней после того, как войдет в нее?» Я ответил: «Нет». Он спросил: «Обвиняли ли вы его во лжи прежде, чем он сказал то, что сказал?» Я ответил: «Нет». Он спросил: «Нарушает ли он договоры?» Я ответил: «Нет, но мы находимся с ним в перемирии и не знаем, что он в нем сделает». И это было единственное слово, в которое я смог вставить нечто свое. Он спросил: «Сражались ли вы с ним?» Я ответил: «Да». Он спросил: «Как проходили ваши сражения с ним?» Я ответил: «Война между нами и им чередуется (успехом): то он берет верх над нами, то мы берем верх над ним». Он спросил: «Что он велит вам?» Я ответил: «Он говорит: поклоняйтесь одному лишь Аллаху, не придавайте Ему никого в сотоварищи, оставьте то, что говорили ваши отцы. Он велит нам совершать молитву, быть правдивыми, целомудренными и поддерживать родственные связи». И он сказал переводчику: «Скажи ему: я спросил тебя о его роде, и ты ответил, что он среди вас знатного рода — так же и посланники направляются к людям своего рода. Я спросил тебя, говорил ли кто-то из вас подобное, и ты ответил, что нет — если бы кто-то сказал это до него, я бы сказал: человек подражает словам, сказанным до него. Я спросил, был ли среди его предков царь, и ты ответил, что нет — если бы был, я бы сказал: человек стремится вернуть царство своего отца. Я спросил, обвиняли ли вы его во лжи прежде, чем он сказал то, что сказал, и ты ответил, что нет — я знаю, что он не стал бы возводить ложь на людей, чтобы потом солгать на Аллаха. Я спросил, следуют ли за ним знатные люди или слабые, и ты ответил, что слабые — именно они и являются последователями посланников. Я спросил, становится ли их больше или меньше, и ты ответил, что их становится больше — такова вера, пока она не достигнет полноты. Я спросил, отступается ли кто-то из них от религии из-за ненависти к ней после того, как войдет в нее, и ты ответил, что нет — так же и вера, когда ее радость проникает в сердца. Я спросил, нарушает ли он договоры, и ты ответил, что нет — так же и посланники не нарушают договоров. Я спросил, что он велит вам, и ты ответил, что он велит вам поклоняться Аллаху и не придавать Ему ничего в сотоварищи, запрещает вам поклоняться идолам и велит вам совершать молитву, быть правдивыми и целомудренными. Если то, что ты говоришь, правда, то он обязательно завладеет тем местом, где стоят сейчас мои стопы. Я знал, что он должен появиться, но не думал, что он будет из вас. Если бы я знал, что смогу добраться до него, я бы обязательно преодолел трудности встречи с ним, а если бы я был у него, то омыл бы его стопы». Затем он попросил принести письмо Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, которое тот отправил через Дихью правителю Бусры. Он передал его Ираклию, и тот прочел его. В нем было: «С именем Аллаха, Милостивого, Милосердного. От Мухаммада, раба Аллаха и Его Посланника, Ираклию, великому правителю Рима. Мир тому, кто последовал верному руководству. А затем: я призываю тебя призывом ислама. Прими ислам, и спасешься, Аллах дарует тебе награду дважды. Если же ты отвернешься, то на тебе лежит грех всех земледельцев. «О люди Писания! Давайте придем к единому слову для нас и для вас, о том, что мы не будем поклоняться никому, кроме Аллаха, не будем придавать Ему никого в сотоварищи и не будем признавать одни других господами помимо Аллаха». Если же они отвернутся, то скажите: «Свидетельствуйте, что мы — мусульмане». Абу Суфьян сказал: «Когда он сказал то, что сказал, и закончил чтение письма, поднялся шум и громкие голоса, и нас вывели. Когда нас вывели, я сказал своим спутникам: «Дело Ибн Абу Кабши стало серьезным, его боится даже правитель сынов Желтого (византийцев)». И я был твердо уверен, что он непременно одержит верх, пока Аллах не ввел меня в ислам». Ибн ан-Натур, правитель Илии и Ираклия, епископ христиан Шама, рассказывал, что Ираклий, прибыв в Илию, однажды утром проснулся в скверном настроении. Некоторые из его приближенных сказали: «Мы заметили перемену в твоем виде». Ибн ан-Натур сказал: «Ираклий был прорицателем и смотрел на звезды. Он сказал им, когда они спросили его об этом: «Этой ночью, глядя на звезды, я увидел, что царь обрезанных появился». Кто из этого народа делает обрезание?» Они сказали: «Обрезание делают только иудеи, поэтому пусть их положение не беспокоит тебя. Напиши в свои города, чтобы там перебили всех иудеев». Пока они обсуждали это дело, к Ираклию привели человека, которого послал правитель Гассанидов, чтобы рассказать о вестях о Посланнике Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует. Когда Ираклий расспросил его, он сказал: «Идите и посмотрите, обрезан он или нет». Они посмотрели на него и сообщили, что он обрезан, а (Ираклий) спросил его об арабах, и он ответил: «Они тоже делают обрезание». Тогда Ираклий сказал: «Это царь этого народа, он появился». Затем Ираклий написал своему другу в Рим, который был подобен ему в знаниях, и Ираклий отправился в Хомс. Он не ушел из Хомса, пока к нему не пришло письмо от друга, который согласился с мнением Ираклия о появлении Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, и о том, что он — пророк. Тогда Ираклий созвал вельмож Рима в своем дворце в Хомсе и приказал закрыть его двери. Затем он вышел к ним и сказал: «О народ Рима! Желаете ли вы преуспеяния и правильного пути, и чтобы ваша власть утвердилась, если вы присягнете этому пророку?» Они бросились к дверям, подобно диким ослам, но обнаружили, что они заперты. Увидев их отвращение и потеряв надежду на их веру, Ираклий сказал: «Верните их ко мне». Он сказал: «Я сказал свои слова лишь для того, чтобы проверить вашу стойкость в вашей религии, и я увидел (это)». Они совершили перед ним земной поклон и остались довольны им. Это было последнее, что случилось с Ираклием».
