عمر بن يونس الحنفيв сборнике Сунан Ибн Маджа
Нам сообщил Абдуррахман ибн Умар, нам сообщил Умар ибн Юнус аль-Ямами, нам сообщил Икрима ибн Аммар, нам сообщил Яхья ибн Абу Касир, от Абу Саламы ибн Абдуррахмана, который сказал: я спросил Аишу, с чего начинал Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, свою молитву, когда вставал ночью? Она ответила: «Он говорил: «О Аллах, Господь Джибраиля, Микаиля и Исрафиля, Творец небес и земли, Знающий сокровенное и явное! Ты рассудишь между Своими рабами в том, в чем они расходились. Наставь меня на истину в том, в чем расходились люди, по Твоему позволению, ведь, поистине, Ты наставляешь на прямой путь» . Абдуррахман ибн Умар сказал: „Запомните: „Джибраиль“ (произносится) с хамзой, ибо именно так (передано) от Пророка, да благословит его Аллах и приветствует“».
Нам рассказал Мухаммад ибн Башшар, нам рассказал Умар ибн Юнус, нам рассказал Икрима ибн Аммар от Хишама ибн Хассана, от Мухаммада ибн Сирина
Нам рассказал Мухаммад ибн Башшар, нам рассказал ‘Умар ибн Юнус, нам рассказал ‘Икрима ибн ‘Аммар, мне рассказал Симак аль-Ханафи Абу Зумайль, мне рассказал ‘Абдуллах ибн ‘Аббас, мне рассказал ‘Умар ибн аль-Хаттаб, который сказал: Я вошел к Посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, а он лежал на циновке. Я сел, и оказалось, что на нем был лишь изар, и ничего больше. Циновка оставила след на его боку. Я увидел горсть ячменя — около са‘ — и немного листьев акации (караза) в углу комнаты, и подвешенную шкуру. Мои глаза прослезились, и он спросил: «Что заставляет тебя плакать, о сын аль-Хаттаба?» Я ответил: «О Пророк Аллаха, как же мне не плакать, если эта циновка оставила след на твоем боку, а это — твоя кладовая, в которой я не вижу ничего, кроме того, что вижу! Хосрой и Цезарь утопают в плодах и реках, а ты — Пророк Аллаха и Его избранник, и вот твоя кладовая». Он сказал: «О сын аль-Хаттаба, разве ты не доволен тем, что Вечная жизнь будет для нас, а мирская — для них?» Я ответил: «Конечно».
