И рассказал нам Са‘ид ибн ‘Амр ибн Сахль ибн Исхак ибн Мухаммад ибн аль-Аш‘ас ибн Кайс аль-Кинди и ‘Али ибн Хашрам, они сказали: рассказал нам Абу Дамра, рассказал мне ад-Даххак ибн ‘Усман — и Ибн Хашрам сказал: от ад-Даххака ибн ‘Усмана — от Абу ан-Надра, вольноотпущенника ‘Умара ибн ‘Убайдуллаха, от Бусра ибн Са‘ида, от ‘Абдаллы ибн Унайса, что Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: „Мне была показана Ночь предопределения, затем мне заставили забыть её, и мне было показано, как я совершаю земной поклон утром в воду и грязь“». Он сказал: «И пошел дождь в ночь на двадцать третье число, и Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, совершил с нами молитву, и закончил её, а след воды и грязи был на его лбу и носу». Он сказал: «А ‘Абдаллах ибн Унайс говорил: в ночь на двадцать третье».
Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) отправил меня к Халиду ибн Суфьяну аль-Хузали — а он был в сторону ’Ураны и ’Арафата — и сказал: «Иди и убей его». Он сказал: «Я увидел его, и подошло время молитвы аср, и я сказал: «Я боюсь, что если я отложу молитву, то между мной и им что-то произойдет». Поэтому я отправился, идя и совершая молитву, совершая знаки (жестами) в его сторону. Когда я приблизился к нему, он спросил меня: «Кто ты?» Я ответил: «Человек из числа арабов, до меня дошло, что ты собираешь (войско) против этого человека, и я пришел к тебе из-за этого». Он сказал: «Да, я занят этим». И я прошел с ним немного, а когда мне представилась возможность, я занес над ним свой меч, пока он не остыл»
Нам рассказал Ахмад ибн Хафс ибн Абдуллах ас-Сулями, нам рассказал мой отец, нам рассказал Ибрахим ибн Тахман, от Аббада ибн Исхака, от Мухаммада ибн Муслима аз-Зухри, от Дамры ибн Абдуллаха ибн Унайса, от его отца, который сказал:Я был на собрании племени Бану Салима, и я был самым младшим среди них. Они сказали: «Кто из нас спросит Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, о Ночи предопределения?». Это было утро двадцать первого числа Рамадана. Я вышел и встретился с Посланником Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, на вечерней молитве (магриб), затем я встал у дверей его дома. Он прошел мимо меня и сказал: «Входи». Я вошел, и ему принесли ужин. Он увидел, что я воздерживаюсь от еды из-за того, что её было мало. Когда он закончил, он сказал: «Подай мне мою обувь». Он встал, и я встал вместе с ним. Он спросил: «Кажется, у тебя есть нужда?». Я ответил: «Да. Группа людей из племени Бану Салима послала меня к тебе, чтобы ты рассказал им о Ночи предопределения». Он спросил: «Какая сегодня ночь?». Я ответил: «Двадцать вторая». Он сказал: «Это та самая ночь». Затем он вернулся и сказал: «Или следующая ночь», имея в виду двадцать третью ночь.
, который сказал: «Я сказал: „О Посланник Аллаха, у меня есть пустыня, в которой я пребываю, и я молюсь там, хвала Аллаху. Укажи мне ночь, чтобы я спускался в эту мечеть“». Он сказал:
«Приходи в двадцать третью ночь». Я спросил его сына: «Как делал твой отец?». Он ответил: «Он входил в мечеть после совершения послеполуденной молитвы (аср) и не выходил из неё по нужде, пока не совершит утреннюю молитву (субх). А когда совершал утреннюю молитву, он находил свое верховое животное у дверей мечети, садился на него и возвращался в свою пустыню».
, который сказал: Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «Воистину, из величайших тяжких грехов —
придание Аллаху сотоварищей, непочтительность к родителям, ложная клятва (аль-ямин аль-гамус). И если какой-либо клянущийся поклянется Аллахом, совершив клятву, а затем добавит в нее (лжи) размером с крыло комара, то на его сердце будет поставлено пятно до самого Дня воскресения».
Абу ‘Иса сказал: Абу Умама аль-Ансари — это сын Са‘лабы, мы не знаем его (личного) имени, и он передал от Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, несколько хадисов. Абу ‘Иса сказал: Это хороший, редкий хадис.
«Разве ты не слышал, как Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) упомянул о присвоении закята: „Кто присвоит из него верблюда или овцу, тот будет принесен в День воскресения, неся это на себе?“» Абдуллах ибн Унайс сказал: «Да»
