Нам рассказал Мухаммад ибн аль-Мусанна, нам рассказал Абдульа’ля от Дауда от Амира, который сказал: я спросил Алькаму: «Присутствовал ли Ибн Мас’уд с Посланником Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, в ночь джиннов?». Алькама ответил: «Я сам спросил Ибн Мас’уда и сказал: «Присутствовал ли кто-либо из вас с Посланником Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, в ночь джиннов?». Он ответил: «Нет, но однажды ночью мы были с Посланником Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, и мы потеряли его. Мы искали его в долинах и ущельях и сказали: «Он либо унесен, либо убит». Мы провели самую ужасную ночь, которую когда-либо проводили люди. Когда настало утро, вдруг он показался со стороны Хира. Мы сказали: «О Посланник Аллаха, мы потеряли тебя, искали, но не нашли, и провели самую ужасную ночь, которую когда-либо проводили люди!». Он сказал: «Ко мне пришел глашатай джиннов, и я пошел с ним, и прочитал им Коран»». Он (Ибн Мас’уд) сказал: «Затем он пошел с нами и показал нам их следы и следы их костров. Они попросили у него пропитания, и он сказал: «Вам полагается каждая кость, над которой было произнесено имя Аллаха, — она будет попадать к вам в руки, когда она наиболее полна мяса, и каждый помет — корм для ваших животных». И Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «Не используйте их (кости и помет) для очищения, ведь это — пища ваших братьев» .
И мне рассказал это Али ибн Худжр ас-Са’ди, нам рассказал Исма’иль ибн Ибрахим от Дауда с этим иснадом до слов «и следы их костров». Аш-Ша’би сказал: «И они попросили у него пропитания, и они были из числа джиннов Джазиры». До конца хадиса от аш-Ша’би, подробно из версии Абдуллаха.
: «Кто известил Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, о джиннах в ту ночь, когда они слушали Коран?». Он ответил: «Мне рассказал твой отец» — то есть
, который сказал: Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, молился с нами
и читал в обеденной (зухр) и послеобеденной (аср) молитвах в первых двух рак’атах суру «Аль-Фатиха» и две суры, а иногда давал нам услышать какой-то аят. Он удлинял первый рак’ат в молитве зухр и укорачивал второй, так же и в утренней молитве (субх)»
, что пророк, да благословит его Аллах и приветствует,
читал в первых двух ракятах полуденной (зухр) и послеполуденной (аср) молитв «Фатихат аль-Китаб» и суру, а иногда давал нам услышать аят, и читал в двух последних ракятах «Фатихат аль-Китаб».
, который сказал: «Мы оценивали время стояния посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, во время полуденной и послеполуденной молитв».
Мы оценили его стояние в первых двух ракятах полуденной молитвы примерно как чтение [суры] «Алиф. Лям. Мим. Ниспослание» (ас-Саджда), а его стояние в двух последних ракятах мы оценили как половину этого. Мы оценили его стояние в первых двух ракятах послеполуденной молитвы как его стояние в двух последних ракятах полуденной, а в двух последних ракятах послеполуденной молитвы — как половину от этого.
Абу Бакр не упомянул в своей версии «Алиф. Лям. Мим. Ниспослание», а сказал: «Примерно тридцать аятов».
, что пророк, да благословит его Аллах и приветствует,
читал в полуденной молитве в первых двух ракятах, в каждом ракяте, примерно по тридцать аятов, а в двух последних — по пятнадцать аятов, или он сказал: «Половину этого». А в послеполуденной молитве в первых двух ракятах, в каждом ракяте — примерно как чтение пятнадцати аятов, а в двух последних — половину от этого.
, что жители Куфы пожаловались на Сада (ибн Абу Ваккаса) Умару ибн аль-Хаттабу и упомянули о его молитве. Умар послал за ним, и когда он прибыл к нему, Умар упомянул то, в чем его упрекали относительно молитвы. Сад сказал:
«Я молюсь с ними так же, как молился посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, ни в чем не убавляя. В первых двух я затягиваю, а в двух последних сокращаю».
На это Умар ответил: «Именно такого мнения я о тебе, Абу Исхак».
