Нам рассказал Абу ан-Нуман, сказав: нам рассказал Абу Авана, от Зияда ибн Илаки, сказал: я слышал, как Джарир ибн Абд Аллах говорит в день, когда умер ал-Мугира ибн Шуба: он встал, восхвалил Аллаха и воздал Ему должное, и сказал: «Вам следует бояться Аллаха Одного, нет у Него сотоварищей, и [быть в состоянии] достоинства и спокойствия, пока не придет к вам амир, ибо он придет к вам сейчас». Затем сказал: «Просите прощения для вашего амира, ибо он любил прощение». Затем сказал: «А теперь, поистине, я пришел к Пророку, да благословит его Аллах и приветствует, и сказал: «Я присягаю тебе на Исламе». Он взял с меня условие о наставлении (искренности) к каждому мусульманину. И я присягнул ему на этом»», и клянусь Господом этой мечети, я искренен к вам. Затем он попросил прощения и спустился.
, который сказал: Пророк, мир ему и благословение Аллаха, отстал от нас в одной из поездок. Он догнал нас, когда время молитвы уже поджимало, и мы начали совершать омовение, протирая свои ноги. Тогда он громко воскликнул:
Горе пяткам от Огня!» — (повторив это) дважды или трижды.
, что один человек пришел к Пророку (мир ему и благословение Аллаха), когда тот читал проповедь, и спросил: «Как совершается ночная молитва?». Он ответил: «
По два раката. Если же ты опасаешься наступления утра, соверши витр в один ракат, который сделает витром то, что ты уже совершил».
«я не запрещаю никому молиться ночью или днем, когда он пожелает, за исключением того, чтобы вы не намеревались совершать молитву именно в момент восхода или захода солнца».
Нас уведомил Абу ан-Ну‘ман, он сказал: нас уведомил Му‘тамир ибн Сулейман, он сказал: нас уведомил мой отец, нас уведомил Абу ‘Усман от ‘Абд ар-Рахмана ибн Абу Бакра, что люди Суффы были бедняками, и что Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «У кого есть еда на двоих, пусть возьмет с собой третьего, а если на четверых — то пятого или шестого». Абу Бакр привел троих, а Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, привел десятерых. Он (Абд ар-Рахман) сказал: «Это я, мой отец, моя мать...» — и я не знаю, сказал ли он: «...и моя жена, и слуга, который был между нами и домом Абу Бакра». Абу Бакр поужинал у Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, затем задержался там, где совершалась вечерняя молитва, затем вернулся и ждал, пока Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, не закончит ужин. Он пришел [домой], когда прошла часть ночи, как пожелал Аллах. Жена спросила его: «Что задержало тебя у твоих гостей — или, может, она сказала: у твоего гостя?» Он ответил: «Разве ты их не накормила?» Она ответила: «Они отказывались, пока ты не придешь, им предлагали, но они отказались». [Абд ар-Рахман] сказал: «Я спрятался, а он (Абу Бакр) сказал: «О глупец!», — он ругался и бранился, и сказал: «Ешьте, не во благо вам!». Затем он сказал: «Клянусь Аллахом, я никогда не буду это есть!». Клянусь Аллахом, мы не брали ни куска, чтобы снизу он не рос [в объеме] еще больше». [Рассказчик] сказал: «То есть, пока они не наелись, и еды стало больше, чем было до этого. Абу Бакр посмотрел на нее, а она такая же или больше прежнего. Он сказал своей жене: «О сестра племени Фирас, что это такое?» Она ответила: «Нет, клянусь усладой моих очей, сейчас она в три раза больше, чем была до этого». Абу Бакр поел из нее и сказал: «Это было от шайтана» — имея в виду свою клятву. Затем он съел из нее еще кусок, а затем понес ее к Пророку, да благословит его Аллах и приветствует, и она осталась у него. У нас был договор с одними людьми, и когда срок истек, мы разделились на двенадцать групп. С каждым мужчиной из них были люди, и одному Аллаху известно, сколько именно, и все они поели из этой еды, или как он там сказал».
