Хадисы с его участием

Нам рассказал Ибрахим ибн Муса, нас известил ‘Иса ибн Юнус, от Хишама, от его отца, от ‘Аиши, да будет доволен ею Аллах, которая сказала: «Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, околдовал человек из числа сынов Зурайка по имени Лабид ибн ал-А‘сам, так что Посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, стало казаться, что он совершил то, чего он не совершал. И вот однажды или в одну из ночей, находясь у меня, он взывал к Аллаху, взывал и взывал, а затем сказал: «О ‘Аиша, чувствуешь ли ты, что Аллах ответил мне в том, о чем я Его просил? Ко мне пришли два человека, один из них сел у моей головы, а другой — у моих ног. Один из них сказал своему товарищу: «От чего страдает этот человек?» Тот ответил: «Он околдован». Тот спросил: «Кто его околдовал?» Тот ответил: «Лабид ибн ал-А‘сам». Тот спросил: «В чем (было колдовство)?» Тот ответил: «В гребне, в остатках волос и в обертке от мужской пальмы (финиковой)». Тот спросил: «И где он?» Тот ответил: «В колодце Зарван». Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, пришел туда с несколькими своими сподвижниками, подошел и сказал: «О ‘Аиша, вода в нем будто настой хны, а его пальмы словно головы шайтанов»». Я спросила: «О Посланник Аллаха, не вытащить ли нам его?» Он ответил: «Аллах уже исцелил меня, и я не хочу сеять зло среди людей из-за этого». И он приказал закопать его». Его поддержали Абу Усама, Абу Дамра и ибн Аби аз-Зинад, передавшие от Хишама. А ал-Лайс и ибн ‘Уяйна передали от Хишама (слова о) гребне и волосах (мушака). Говорят, что «мушата» — это то, что выходит из волос, когда их расчесывают, а «мушака» — это отходы льна».

Мне рассказал Абдулла ибн Мухаммад, он сказал: я слышал, как ибн ‘Уяйна говорил: «Первым, кто нам об этом рассказал, был ибн Джурайдж, который сказал: мне рассказал род ‘Урвы, от ‘Урвы». Я спросил об этом Хишама, и он рассказал нам от своего отца, от ‘Аиши, да будет доволен ею Аллах, которая сказала: «Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, околдовали так, что ему стало казаться, что он приходит к женам, хотя он не приходил к ним». Суфьян сказал: «Это самое сильное проявление колдовства, если случается подобное». Он (Пророк) сказал: «О ‘Аиша, разве ты не знаешь, что Аллах ответил мне в том, о чем я Его просил? Ко мне пришли два человека, один сел у моей головы, а другой у моих ног. Тот, что у головы, спросил другого: «Что с человеком?» Тот ответил: «Он околдован». Тот спросил: «Кто его околдовал?» Тот ответил: «Лабид ибн А‘сам, человек из племени Зурайк, союзник иудеев, он был лицемером». Тот спросил: «В чем?» Тот ответил: «В гребне и остатках волос». Тот спросил: «И где?» Тот ответил: «В обертке мужской пальмы под камнем у колодца Зарван». Она сказала: «И Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, пришел к колодцу и вытащил его (колдовство) и сказал: « Это тот колодец, который мне был показан. Вода его словно настой хны, а его пальмы — словно головы шайтанов»». Она сказала: «Я спросила: «Разве ты не...» (то есть не прочел заклинания/снял колдовство?)». Он ответил: «Да помилует меня Аллах, он уже исцелил меня, и я не хочу сеять зло среди людей из-за кого-либо»».

Нам рассказал Убайд ибн Исма‘ил, нам рассказал Абу Усама, от Хишама, от его отца, от ‘Аиши, которая сказала: «Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, был околдован так, что ему стало казаться, что он делает вещь, хотя он её не делал. Однажды, когда он был у меня, он взывал к Аллаху, взывал, а затем сказал: «Чувствуешь ли ты, о ‘Аиша, что Аллах ответил мне в том, о чем я Его просил?» Я спросила: «Что это, о Посланник Аллаха?» Он сказал: «Ко мне пришли двое, один сел у моей головы, а другой у моих ног. Один спросил своего товарища: «От чего страдает этот человек?» Тот ответил: «Он околдован». Тот спросил: «Кто его околдовал?» Тот ответил: «Лабид ибн ал-А‘сам, иудей из племени Зурайк». Тот спросил: «В чем?» Тот ответил: «В гребне, в остатках волос и обертке мужской пальмы». Тот спросил: «А где он?» Тот ответил: «В колодце Зи Арван». Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, отправился с несколькими своими сподвижниками к колодцу, посмотрел на него, а над ним были пальмы, затем вернулся к ‘Аише и сказал: « Клянусь Аллахом, вода его словно настой хны, а его пальмы словно головы шайтанов»». Я спросила: «О Посланник Аллаха, а вытащил ли ты его?» Он ответил: «Нет, что касается меня, то Аллах исцелил меня и вылечил, и я побоялся, что это посеет зло среди людей». И он приказал закопать его»».

Нам рассказал Абу ал-Яман, нам сообщил Шуайб, от аз-Зухри, мне сообщил Урва ибн аз-Зубайр, что Аиша, да будет доволен ею Аллах, жена Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, сказала: пришла жена Рифаа ал-Курази к Посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, в то время как я сидела, а у него был Абу Бакр. Она сказала: «О Посланник Аллаха, я была за Рифаа, и он развелся со мной, окончательно разведясь. Затем я вышла замуж за Абд ар-Рахмана ибн аз-Зубайра, но клянусь Аллахом, о Посланник Аллаха, у него нет ничего, кроме вот этого края». И она взяла край своей джильбаба. Халид ибн Саид услышал ее слова, находясь у двери, и ему не было разрешено войти. Она сказала: Халид сказал: «О Абу Бакр, разве ты не запретишь ей то, что она открыто говорит перед Посланником Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует?» И клянусь Аллахом, Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, не добавил ничего, кроме улыбки. Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сказал ей: «Возможно, ты хочешь вернуться к Рифаа? Нет, [не сможешь], пока он не вкусит твой мед, а ты не вкусишь его мед» ‏‏. И после этого это стало сунной‏.

Рассказал нам Ибрахим ибн Муса, сообщил нам Хишам, от Ма‘мара, от аз-Зухри, от ‘Урвы, от ‘Аиши — да будет доволен ею Аллах, — которая сказала: «Группа мусульман совершила переселение (хиджру) в Эфиопию. Абу Бакр также приготовился к переселению, но Пророк (мир ему и благословение Аллаха) сказал: «Подожди, ибо я надеюсь, что мне будет дано разрешение». Абу Бакр спросил: «Отец мой готов стать выкупом за тебя, неужели ты надеешься на это?» Он ответил: «Да». И Абу Бакр задержался ради Пророка (мир ему и благословение Аллаха), чтобы сопровождать его, и в течение четырех месяцев кормил двух своих верблюдиц листьями акации (самур)». ‘Урва сказал: «‘Аиша добавила: «Однажды, когда мы сидели в нашем доме в разгар полудня, кто-то сказал Абу Бакру: «Вот Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) идет, накинув на голову покрывало, в такое время, когда он обычно к нам не приходил». Абу Бакр сказал: «Отец и мать мои готовы стать выкупом за него! Клянусь Аллахом, он пришел в этот час не иначе как по важному делу». Пришел Пророк (мир ему и благословение Аллаха), попросил разрешения войти, ему позволили, и он вошел. Войдя, он сказал Абу Бакру: «Выведи тех, кто у тебя». Он ответил: «Отец мой готов стать выкупом за тебя, о Посланник Аллаха, ведь здесь только твоя семья (то есть члены моей семьи)». Он сказал: «Мне разрешено отправиться в путь». Он спросил: «Могу ли я сопровождать тебя, отец мой готов стать выкупом за тебя, о Посланник Аллаха?» Он ответил: «Да». Он сказал: «Возьми же, отец мой готов стать выкупом за тебя, о Посланник Аллаха, одну из этих двух моих верблюдиц». Пророк (мир ему и благословение Аллаха) сказал: «За плату». Она сказала: «Мы подготовили их в кратчайшие сроки и собрали им дорожную сумку в кожаный мешок. Асма бинт Абу Бакр отрезала кусок от своего пояса и завязала им горловину мешка, и поэтому ее называли «Обладательница двух поясов» (Зат ан-Нитак). Затем Пророк (мир ему и благословение Аллаха) и Абу Бакр достигли пещеры на горе, которую называли Саур, и провели в ней три ночи. У них ночевал ‘Абдуллах ибн Абу Бакр — смышленый, остроумный юноша. Он уходил от них на рассвете, чтобы утром в Мекке быть среди курайшитов, словно он ночевал там. Он запоминал всё, что задумывалось против них, и приходил к ним с этой вестью, когда наступала темнота. А ‘Амир ибн Фухайра, вольноотпущенник Абу Бакра, пас для них дойных овец и приводил их к ним, когда проходила часть ночи. Они пили молоко, пока ‘Амир ибн Фухайра не уводил их (утром) еще до рассвета. Так он делал каждую ночь из тех трех».