Нам сообщил Сувайд ибн Наср, он сказал: нам поведал Абд Аллах ибн аль-Мубарак от Заиды, он сказал: нам рассказал Асим ибн Кулайб, он сказал: мне рассказал мой отец, что Ва’иль ибн Худжр сообщил ему, сказав: «Я сказал: непременно посмотрю на молитву Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, как он молится. И я посмотрел на него: он встал и произнес такбир, подняв руки, пока они не поравнялись с его ушами, затем положил правую руку на тыльную сторону левой кисти, запястье и предплечье. Когда он хотел совершить поясной поклон, он поднял руки подобным же образом, — сказал он, — и положил руки на свои колени. Затем, когда он поднял голову, он поднял руки подобным же образом. Затем он совершил земной поклон и поместил ладони напротив своих ушей. Затем он сел, подогнув под себя левую ногу, положил левую ладонь на свое бедро и левое колено, а край правого локтя положил на правое бедро, затем сжал два пальца и сделал кольцо, после чего поднял палец, и я видел, как он шевелил им, взывая к Аллаху этим».
и положил руку на талию, и он ударил меня рукой, сказав: «Вот так». Когда я помолился, я спросил одного человека: «Кто это?» Он ответил: «Абд Аллах ибн Умар». Я сказал: «О Абу Абд ар-Рахман, что тебя возмутило во мне?» Он ответил: «Это —
аль-сальб (стояние с руками на талии), и Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, запретил нам это».
, он сказал: когда Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, начинал молитву, он молчал немного. Я сказал: «Да станут отец мой и мать выкупом за тебя, о Посланник Аллаха, что ты говоришь во время своего молчания между такбиром и чтением?» Он сказал: «Я говорю:
О Аллах, удали меня от моих прегрешений, как Ты удалил восток от запада. О Аллах, очисти меня от моих прегрешений, как очищается белая одежда от грязи. О Аллах, омой меня от моих прегрешений водой, снегом и градом».
, он сказал: когда Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, начинал молитву, он произносил такбир, затем говорил:
«Поистине, молитва моя, мое поклонение, жизнь моя и смерть моя принадлежат Аллаху, Господу миров, у Которого нет сотоварища. И это мне было велено, и я из числа мусульман. О Аллах, наставь меня на лучшие дела и лучший нрав, ибо никто не наставит на них, кроме Тебя. И убереги меня от дурных дел и дурного нрава, ибо никто не убережет от них, кроме Тебя».
Нам сообщил Амр ибн Али, он сказал: рассказал нам Абду-р-Рахман ибн Махди, он сказал: рассказал нам Абду-л-Азиз ибн Абу Саляма, он сказал: рассказал мне мой дядя ал-Маджишун ибн Абу Саляма от Абду-р-Рахмана ал-А‘раджа от Убайдуллы ибн Абу Рафи‘а от Али, да будет доволен им Аллах, что Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, когда начинал молитву, произносил такбир, а затем говорил:«Я обратил свой лик к Тому, Кто сотворил небеса и землю, будучи ханифом, и я не из числа многобожников. Поистине, моя молитва, мое жертвоприношение, моя жизнь и моя смерть — ради Аллаха, Господа миров, у Которого нет сотоварищей. Это мне было велено, и я из числа мусульман. О Аллах, Ты — Царь, нет божества, кроме Тебя. Я — Твой раб, я совершил несправедливость по отношению к самому себе и признал свой грех, так прости же мне все мои грехи, ибо никто не прощает грехи, кроме Тебя. Наставь меня на наилучший нрав, ибо никто не наставляет на него, кроме Тебя, и отврати от меня его дурные проявления, ибо никто не отвратит их от меня, кроме Тебя. Я здесь перед Тобой, готов повиноваться, всё благо в Твоих руках, а зло не исходит от Тебя. Я существую благодаря Тебе и стремлюсь к Тебе. Благословен Ты и Всевышний. Прошу у Тебя прощения и каюсь перед Тобой»
, что Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, когда вставал для совершения добровольной молитвы, говорил:
«Аллах велик. Я обратил свой лик к Тому, Кто сотворил небеса и землю, будучи ханифом, мусульманином, и я не из числа многобожников. Поистине, моя молитва, мое жертвоприношение, моя жизнь и моя смерть — ради Аллаха, Господа миров, у Которого нет сотоварищей. Это мне было велено, и я первый из мусульман. О Аллах, Ты — Царь, нет божества, кроме Тебя. Пречист Ты, и хвала Тебе». А затем он приступал к чтению
