Хадисы с его участием

Нам рассказал Абд ибн Хумайд, нам рассказал Джафар ибн Аун, нам сообщил Абу Джанаб аль-Кальби, от ад-Даххака ибн Музахима, от Ибн Аббаса, да будет доволен Аллах ими обоими, который сказал: «Тот, у кого было имущество, достаточное, чтобы достичь дома своего Господа (совершить хадж), или с которого он обязан выплачивать закят, но не сделал этого, будет просить о возвращении (в земную жизнь) во время смерти». Тогда один человек сказал: «О Ибн Аббас, бойся Аллаха! Ведь просили о возвращении только неверующие». Он ответил: «Я прочту тебе в доказательство этого Коран: «О те, которые уверовали! Пусть ваше имущество и ваши дети не отвлекают вас от поминания Аллаха», «И расходуйте из того, чем Мы наделили вас, прежде чем смерть настигнет кого-либо из вас», до слов: «Аллах ведает о том, что вы совершаете»». Его спросили: «Что делает закят обязательным?». Он ответил: «Когда имущество достигает двухсот дирхемов и более». Его спросили: «Что делает хадж обязательным?». Он ответил: «Провизия и верблюд». Нам рассказал Абд ибн Хумайд, нам рассказал Абдурраззак, от ас-Саури, от Яхьи ибн Аби Хайи, от ад-Даххака, от Ибн Аббаса, от Пророка (да благословит его Аллах и приветствует) нечто подобное. Он сказал: «Так передали этот хадис Суфьян ибн Уяйна и не один человек от Абу Джанаба, от ад-Даххака, от Ибн Аббаса, как его собственное высказывание (маукуф), не возводя его к Пророку (марфу). Это достовернее, чем передача Абдурраззака. Абу Джанаб аль-Кассаб, его имя Яхья ибн Аби Хайя, и он не является сильным передатчиком в хадисах».

Нам рассказал Абд ибн Хумайд, нам сообщил Абдурраззак, от Мамара, от аз-Зухри, от Убайдуллы ибн Абдуллы ибн Абу Саура, который сказал: «Я слышал, как Ибн Аббас, да будет доволен Аллах ими обоими, говорил: «Я не переставал стремиться спросить Умара о двух женах Пророка (да благословит его Аллах и приветствует), о которых Аллах Всемогущий и Великий сказал: «Если вы обе покаетесь перед Аллахом, то ведь ваши сердца уже уклонились», пока Умар не отправился в хадж, и я отправился вместе с ним. Я налил ему воды из кожаного сосуда, и он совершил омовение. Я сказал: «О повелитель правоверных, кто эти две жены Пророка (да благословит его Аллах и приветствует), о которых сказал Аллах: «Если вы обе покаетесь перед Аллахом, то ведь ваши сердца уже уклонились, а если вы будете поддерживать друг друга против него, то ведь Аллах — его Покровитель»?». Он сказал мне: «Удивительно, о Ибн Аббас!» — аз-Зухри сказал: «Клянусь Аллахом, ему было неприятно, что он спросил его об этом, но он не стал скрывать это от него» — «Это Аиша и Хафса». Затем он начал рассказывать мне эту историю: «Мы, племя курайшитов, подавляли своих женщин. Когда же мы прибыли в Медину, то обнаружили людей, которых подавляли их женщины. И наши женщины стали перенимать привычки их женщин. Однажды я рассердился на свою жену, и она стала отвечать мне. Я счел возмутительным, что она отвечает мне. Она спросила: «Что же тебя удивляет в этом? Клянусь Аллахом, жены Пророка (да благословит его Аллах и приветствует) отвечают ему, и одна из них может сторониться его с утра до вечера». Я сказал про себя: «Потерпела крах та из них, которая поступила так, и осталась в убытке». Мой дом находился в аль-Авали, у Бану Умайя. У меня был сосед из ансаров, и мы по очереди спускались к Посланнику Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует). В один день спускался он и приносил мне новости об откровениях и другом, а в другой день спускался я и приносил ему то же самое. Мы говорили, что Гассан подковывает коней, чтобы напасть на нас. И вот однажды вечером он пришел ко мне, постучал в дверь, и я вышел к нему. Он сказал: «Случилось великое событие!». Я спросил: «Пришел Гассан?». Он ответил: «Нет, еще важнее! Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) развелся со своими женами». Я сказал про себя: «Потерпела крах Хафса и осталась в убытке! Я ведь предполагал, что это произойдет». Когда я совершил утреннюю молитву, я оделся, а затем направился к Хафсе, и она плакала. Я спросил: «Разве Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) развелся с вами?». Она ответила: «Не знаю, он сейчас уединился в этой горнице». Я отправился к чернокожему слуге и сказал: «Попроси разрешения для Умара». Он вошел, а затем вышел ко мне и сказал: «Я упомянул тебя ему, но он ничего не ответил». Я пошел в мечеть, где у минбара сидела группа людей и плакала. Я сел с ними, но мое беспокойство одолело меня, и я снова пришел к слуге и сказал: «Попроси разрешения для Умара». Он вошел, а затем вышел ко мне и сказал: «Я упомянул тебя ему, но он ничего не ответил». Я снова пошел в мечеть, сел, но беспокойство вновь одолело меня. Я пришел к слуге и сказал: «Попроси разрешения для Умара». Он вошел, а затем вышел и сказал: «Я упомянул тебя ему, но он ничего не ответил». Когда я уже повернулся, чтобы уйти, слуга позвал меня и сказал: «Входи, тебе разрешили». Я вошел и увидел Посланника Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) лежащим на циновке, и я увидел следы от нее на его боку. Я спросил: «О Посланник Аллаха, ты развелся со своими женами?». Он ответил: «Нет». Я сказал: «Аллаху Акбар! Мы, курайшиты, подавляли своих женщин, а когда прибыли в Медину, то обнаружили людей, которых подавляли их женщины. И наши женщины стали перенимать привычки их женщин. Однажды я рассердился на свою жену, и она стала отвечать мне. Я счел это возмутительным, а она сказала: «Что тебя удивляет? Клянусь Аллахом, жены Пророка (да благословит его Аллах и приветствует) отвечают ему, и одна из них может сторониться его с утра до вечера». Я спросил Хафсу: «Ты отвечаешь Посланнику Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует)?». Она ответила: «Да, и одна из нас может сторониться его с утра до вечера». Я сказал: «Потерпела крах та из вас, которая поступила так, и осталась в убытке! Неужели вы чувствуете себя в безопасности от того, что Аллах разгневается на вас из-за гнева Его Посланника, и тогда вы погибнете?». Пророк (да благословит его Аллах и приветствует) улыбнулся. Я сказал Хафсе: «Не отвечай Посланнику Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) и ничего не проси у него, а проси у меня обо всем, что тебе нужно. И пусть тебя не обманывает то, что твоя подруга (Аиша) красивее тебя и любимее для Посланника Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует)». Он снова улыбнулся. Я спросил: «О Посланник Аллаха, можно мне присесть?». Он ответил: «Да». Я поднял голову и увидел в доме лишь три выделанные шкуры. Я сказал: «О Посланник Аллаха, попроси Аллаха даровать достаток твоей общине, ведь Он даровал его Персии и Византии, хотя они не поклоняются Ему». Он сел прямо и сказал: «Ты в сомнении, о сын аль-Хаттаба? Это люди, которым дарованы блага в ближней жизни, но они исчерпали их». Он поклялся не заходить к своим женам в течение месяца, и Аллах упрекнул его за это, и установил для него искупление за клятву». Аз-Зухри сказал: «Мне сообщил Урва, от Аиши, которая сказала: «Когда прошло двадцать девять дней, Пророк (да благословит его Аллах и приветствует) вошел ко мне, начав с меня, и сказал: «О Аиша, я скажу тебе нечто, и не спеши (с ответом), пока не посоветуешься со своими родителями». Она сказала: «Затем он прочитал этот аят: «О Пророк! Скажи своим женам...» до конца аята. Она сказала: «Клянусь Аллахом, он знал, что мои родители не прикажут мне расстаться с ним». Я сказала: «Разве я буду советоваться с родителями об этом? Поистине, я желаю Аллаха, Его Посланника и Последнюю обитель»». Мамар сказал: «Мне сообщил Айюб, что Аиша сказала ему: «О Посланник Аллаха, не говори своим женам, что я выбрала тебя». Пророк (да благословит его Аллах и приветствует) сказал: «Поистине, Аллах послал меня как доносящего (истину), а не как принуждающего к трудностям». Абу Иса сказал: «Этот хадис хасан сахих гариб, он был передан через другие пути от Ибн Аббаса».

Нам рассказал Махмуд ибн Гайлан и ‘Абд ибн Хумайд — смысл один — сказали: нам рассказал ‘Абд ар-Раззак, от Ма‘мара, от Сабита аль-Бунани, от ‘Абд ар-Рахмана ибн Аби Лейлы, от Сухайба, который сказал: Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, когда совершал послеполуденную молитву (аср), шептал. Шепот, по словам некоторых из них, — это движение его губ, будто он разговаривает. Ему сказали: «О Посланник Аллаха, когда ты совершаешь послеполуденную молитву, ты шепчешь?» Он ответил: «Поистине, один пророк из пророков восхитился своей общиной и сказал: „Кто может противостоять им?“ И Аллах внушил ему: „Выбирай им: либо Я отомщу им, либо Я нашлю на них их врага“. Он выбрал возмездие, и был наслан на них мор, и в один день из них умерло семьдесят тысяч». Он сказал: «И когда он рассказывал этот хадис, он рассказывал и этот другой хадис». Он сказал: «Был один из царей, и у того царя был прорицатель, который прорицал для него. Прорицатель сказал: „Найдите мне мальчика, понятливого“, или он сказал: „умного и смышленого“, — „я научу его этому моему знанию, ибо я боюсь, что умру, и это знание исчезнет среди вас, и не будет среди вас того, кто знает его“. И они нашли ему того, кого он описал, и он приказал ему присутствовать при прорицателе и приходить к нему. Он стал приходить к нему, а на пути мальчика был отшельник в келье». Ма‘мар сказал: «Я полагаю, что обитатели келий в тот день были мусульманами». Он сказал: «Мальчик стал спрашивать этого отшельника всякий раз, когда проходил мимо него, и тот не переставал [отвечать ему], пока не рассказал ему, и он сказал: „Я поклоняюсь только Аллаху“. Мальчик стал оставаться у отшельника и опаздывать к прорицателю. Прорицатель послал к семье мальчика [сообщение]: „Он почти не приходит ко мне“. Мальчик рассказал об этом отшельнику, и отшельник сказал ему: „Когда прорицатель спросит тебя: ‚Где ты был?‘, скажи: ‚У своей семьи‘. А когда твоя семья спросит: ‚Где ты был?‘, скажи им: ‚Я был у прорицателя‘“. Он сказал: „И когда мальчик был в таком положении, он прошел мимо большой группы людей, которых задержало какое-то животное“. Некоторые сказали: „Это животное было львом“. Мальчик взял камень и сказал: „О Аллах, если то, что говорит отшельник, — истина, я прошу Тебя, чтобы я убил его“. Затем он бросил [камень] и убил животное. Люди спросили: „Кто убил его?“ Они ответили: „Мальчик“. Люди испугались и сказали: „Этот мальчик узнал знание, которого не знал никто“. Услышал об этом слепой и сказал ему: „Если ты вернешь мне мое зрение, у тебя будет то-то и то-то“. Тот сказал ему: „Я не хочу от тебя этого, но скажи: если твое зрение вернется к тебе, уверуешь ли ты в Того, Кто вернул его тебе?“ Он сказал: „Да“. Он помолился Аллаху, и Он вернул ему зрение, и слепой уверовал. Дошло до царя об их деле, он послал за ними, и их привели. Он сказал: „Я убью каждого из вас такой смертью, какой не убью его товарища“. Он приказал привести отшельника и человека, который был слепым, положил пилу на темя одного из них и убил его, и убил другого иной смертью. Затем приказал привести мальчика и сказал: „Отведите его на такую-то гору и сбросьте его с вершины“. Они привели его на ту гору, и когда они достигли того места, откуда хотели сбросить его, они начали падать с той горы и разбиваться, пока из них не остался только мальчик“. Он сказал: „Затем он вернулся, и царь приказал отвести его к морю и бросить его туда. Его повели к морю, и Аллах утопил тех, кто был с ним, а его спас. Мальчик сказал царю: ‚Ты не убьешь меня, пока не распнешь меня и не выстрелишь, и скажешь, когда будешь стрелять: „Во имя Аллаха, Господа этого мальчика“‘. Он приказал, и его распяли, затем выстрелил и сказал: „Во имя Аллаха, Господа этого мальчика“. Мальчик положил руку на висок, когда в него выстрелили, затем умер. Люди сказали: ‚Этот мальчик узнал знание, которого не знал никто, и мы уверуем в Господа этого мальчика‘. Царю сказали: ‚Ты встревожился из-за того, что тебе воспротивились трое, а сейчас все эти люди воспротивились тебе‘. Он вырыл ров, затем бросил в него дрова и огонь, затем собрал людей и сказал: ‚Кто вернется от своей религии, мы его оставим, а кто не вернется, мы бросим его в этот огонь‘. И стал бросать их в тот ров. Аллах Всевышний говорит: «Да сгинут люди рва * с огнем, в котором разжигается пламя!» — пока не дошел до: «Могущественного, Достохвального». Он сказал: „Что касается мальчика, то он был похоронен“. Говорят, что его вытащили во времена ‘Умара ибн аль-Хаттаба, и его палец [был] на его виске, как он положил его, когда был убит“ . Абу ‘Иса сказал: «Этот хадис — хасан гариб».