Хадисы с его участием

Рассказал нам Мухаммад ибн ‘Абдуррахим, рассказал нам Харун ибн Ма‘руф, рассказал нам ‘Абдуллах ибн Вахб, который сказал: сообщил мне Ибн Джурайдж, что аль-Хасан ибн Муслим сообщил ему от Тавуса, от Ибн ‘Аббаса (да будет доволен Аллах ими обоими), который сказал: я присутствовал на праздничной молитве ‘Ид аль-Фитр вместе с Посланником Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует), Абу Бакром, ‘Умаром и ‘Усманом. Все они совершали ее до проповеди, а затем проповедовали. Затем Пророк Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) спустился [с минбара], и я будто вижу его, как он знаками рук просит мужчин сесть, а затем направился сквозь них, пока не подошел к женщинам вместе с Билялем и [прочитал]: О Пророк! Когда к тебе придут верующие женщины, чтобы присягнуть в том, что они не будут приобщать к Аллаху сотоварищей, не будут воровать, не будут прелюбодействовать, не будут убивать своих детей, не будут приводить измышлений [ложь] между своими руками и ногами... пока не закончил весь аят. Затем, закончив, он сказал: «Вы придерживаетесь этого?» И лишь одна женщина ответила ему, и никто больше: «Да, о Посланник Аллаха». аль-Хасан не знает, кто она. [Пророк] сказал: «Тогда жертвуйте [милостыню]». Биляль расстелил свою одежду, и они стали бросать в нее свои кольца и украшения.

Передал нам Абдуль-Азиз ибн Абдуллах, передал нам Сулейман ибн Биляль, от Яхьи, от Убайда ибн Хунайна, что он слышал, как Ибн Аббас, да будет доволен Аллах ими обоими, рассказывал: «Я целый год хотел спросить Умара ибн аль-Хаттаба об одном аяте, но не мог спросить его из-за почтения к нему. Наконец, он отправился в паломничество, и я отправился вместе с ним. Когда мы возвращались и были в пути, он свернул к кустам арак по нужде. Я остановился, ожидая его, пока он не закончил, а затем пошел с ним. Я сказал: «О повелитель правоверных, кто те две из жен Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, которые сговорились против него?» Он ответил: «Это Хафса и Аиша». Я сказал: «Клянусь Аллахом, я хотел спросить тебя об этом уже год, но не мог из-за почтения к тебе». Он сказал: «Не делай так. Если ты думаешь, что у меня есть какое-то знание, то спрашивай меня. Если у меня есть знание, я расскажу тебе». Затем Умар сказал: «Клянусь Аллахом, во времена невежества мы ни во что не ставили женщин, пока Аллах не ниспослал о них то, что ниспослал, и не разделил им то, что разделил. Однажды я был занят своим делом, и моя жена сказала: «Если бы ты сделал то-то и то-то...» Я сказал ей: «Какое тебе дело до того, что происходит здесь? Зачем ты вмешиваешься в дело, которое я хочу совершить?» Она сказала мне: «Удивительно, о ибн аль-Хаттаб! Ты не хочешь, чтобы тебе возражали, тогда как твоя дочь возражает Посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, так что он остается в гневе весь день». Умар встал, взял свою накидку и, не медля, вошел к Хафсе и сказал ей: «О дочка, неужели ты возражаешь Посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, так что он остается в гневе весь день?» Хафса ответила: «Клянусь Аллахом, мы возражаем ему». Я сказал: «Ты знаешь, что я предостерегаю тебя от наказания Аллаха и гнева Его Посланника, да благословит его Аллах и приветствует. О дочка, пусть не обольщает тебя та, которую обольстила её красота и любовь Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, к ней» — имея в виду Аишу. Затем я вышел и вошел к Умм Саляме из-за моего родства с ней и поговорил с ней. Умм Саляма сказала: «Удивительно, о ибн аль-Хаттаб! Ты вмешиваешься во всё, даже хочешь вмешаться в отношения Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, с его женами?» Клянусь Аллахом, она так отчитала меня, что это умерило часть того, что я испытывал. Я вышел от нее. У меня был друг из числа ансаров, если я отсутствовал, он приходил ко мне с новостями, а если он отсутствовал, я приходил к нему. Мы опасались одного из царей Гассанидов, до нас дошло, что он хочет пойти на нас войной, и наши сердца были полны страха перед ним. И вот мой друг-ансар стучит в дверь и говорит: «Открой, открой!» Я сказал: «Пришел гассанид?» Он ответил: «Нет, дело серьезнее. Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, отдалился от своих жен». Я сказал: «Да падут ниц лица Хафсы и Аиши!» Я взял свою одежду и вышел, пока не пришел к Пророку. Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, был в своей комнате, куда нужно было подняться по лестнице, а черный слуга Пророка стоял наверху лестницы. Я сказал ему: «Скажи, что это Умар ибн аль-Хаттаб». Он разрешил мне войти. Умар продолжил: «Я рассказал Посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, этот разговор. Когда я дошел до слов Умм Салямы, Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, улыбнулся. Он лежал на циновке, между ним и которой ничего не было, под его головой была кожаная подушка, набитая пальмовыми волокнами. У его ног лежала кучка коры для дубления, а у головы висели меха. Я увидел след от циновки на его боку и заплакал. Он спросил: «Что заставляет тебя плакать?» Я ответил: «О Посланник Аллаха, Хосрой и Цезарь живут в том, в чем они живут, а ведь ты — Посланник Аллаха!» Он сказал: «Разве ты не доволен тем, что им достанется мирская жизнь, а нам — вечная?»‏.