Нам рассказал Кутейба ибн Саид, нам рассказал аль-Лейс от Ибн Шихаба от Салима от его отца, что он сказал:«Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, вошел в Дом (Каабу) вместе с Усамой ибн Зейдом, Билялем и Усманом ибн Тальхой, и они заперлись изнутри. Когда они открыли, я был первым, кто вошел. Я встретил Биляля и спросил его: «Совершил ли Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, в ней молитву?» Он ответил: «Да, между двумя йеменскими колоннами»».
Арабский текст с графой иснада
حَدَّثَنَا قُتَيْبَةُ بْنُ سَعِيدٍ، حَدَّثَنَا اللَّيْثُ، عَنِ ابْنِ شِهَابٍ، عَنْ سَالِمٍ، عَنْ أَبِيهِ، أَنَّهُ قَالَ دَخَلَ رَسُولُ اللَّهِ صلى الله عليه وسلم الْبَيْتَ هُوَ وَأُسَامَةُ بْنُ زَيْدٍ، وَبِلاَلٌ، وَعُثْمَانُ بْنُ طَلْحَةَ، فَأَغْلَقُوا عَلَيْهِمْ فَلَمَّا فَتَحُوا، كُنْتُ أَوَّلَ مَنْ وَلَجَ، فَلَقِيتُ بِلاَلاً فَسَأَلْتُهُ هَلْ صَلَّى فِيهِ رَسُولُ اللَّهِ صلى الله عليه وسلم قَالَ نَعَمْ، بَيْنَ الْعَمُودَيْنِ الْيَمَانِيَيْنِ.
Нам рассказал Абу аль-Валид, нам рассказал Лайс от Ибн Шихаба, от Салима ибн Абдуллаха, от его отца — да будет доволен Аллах ими обоими, — который сказал: «Я не видел, чтобы Пророк ﷺ касался в Доме [Каабе] чего-либо, кроме двух йеменских углов».
(да будет доволен им Аллах) отправил его в тот год для совершения хаджа, когда Посланник Аллаха (мир ему и благословение Аллаха) назначил его руководителем (амира) перед Прощальным хаджем, в день Жертвоприношения, с группой людей, чтобы он возвестил народу:
«Знайте, что после этого года не будет совершать хадж ни один многобожник, и не будет совершать обход вокруг Дома (Каабы) нагой человек»
, да будет доволен ею Аллах: «Мы вышли с Посланником Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, в Прощальный хадж, и мы вступили в ихрам для ‘умры. Затем он сказал:
«Пусть тот, у кого есть жертвенное животное, вступит в ихрам для хаджа вместе с ‘умрой, а затем пусть не выходит из ихрама, пока не завершит их оба». Я прибыла в Мекку, будучи в состоянии хайда (менструации). Когда мы завершили наш хадж, он отправил меня с ‘Абдуррахманом в ат-Тан‘им, и я совершила ‘умру. Он сказал: «Это вместо твоей ‘умры». Те, кто вступил в ихрам для ‘умры, совершили тауаф, затем вышли из ихрама, а затем совершили другой тауаф, после того как вернулись из Мина. Что касается тех, кто объединил хадж и ‘умру, то они совершили один тауаф».
Арабский текст с графой иснада
حَدَّثَنَا عَبْدُ اللَّهِ بْنُ يُوسُفَ، أَخْبَرَنَا مَالِكٌ، عَنِ ابْنِ شِهَابٍ، عَنْ عُرْوَةَ، عَنْ عَائِشَةَ ـ رضى الله عنها ـ خَرَجْنَا مَعَ رَسُولِ اللَّهِ صلى الله عليه وسلم فِي حَجَّةِ الْوَدَاعِ، فَأَهْلَلْنَا بِعُمْرَةٍ، ثُمَّ قَالَ " مَنْ كَانَ مَعَهُ هَدْىٌ فَلْيُهِلَّ بِالْحَجِّ وَالْعُمْرَةِ ثُمَّ لاَ يَحِلُّ حَتَّى يَحِلَّ مِنْهُمَا ". فَقَدِمْتُ مَكَّةَ، وَأَنَا حَائِضٌ، فَلَمَّا قَضَيْنَا حَجَّنَا أَرْسَلَنِي مَعَ عَبْدِ الرَّحْمَنِ إِلَى التَّنْعِيمِ، فَاعْتَمَرْتُ، فَقَالَ صلى الله عليه وسلم " هَذِهِ مَكَانَ عُمْرَتِكِ ". فَطَافَ الَّذِينَ أَهَلُّوا بِالْعُمْرَةِ، ثُمَّ حَلُّوا، ثُمَّ طَافُوا طَوَافًا آخَرَ، بَعْدَ أَنْ رَجَعُوا مِنْ مِنًى، وَأَمَّا الَّذِينَ جَمَعُوا بَيْنَ الْحَجِّ وَالْعُمْرَةِ طَافُوا طَوَافًا وَاحِدًا.
Нам рассказал Абу аль-Яман, нам сообщил Шуайб от аз-Зухри, который сказал: Урва сказал: «Я спросил Аишу — да будет доволен ею Аллах — и сказал ей: «Как ты понимаешь слова Всевышнего Аллаха: {Поистине, ас-Сафа и аль-Марва — одни из обрядовых знамений Аллаха. И если кто совершает хадж к Дому или умру, то нет на нем греха, если он совершит обход между ними}? Клянусь Аллахом, нет греха на том, кто не совершит обход между Сафой и Марвой». Она ответила: «Плохо то, что ты сказал, о сын моей сестры! Ведь если бы это было так, как ты это истолковал, то было бы [сказано]: „нет греха, если он не совершит обход между ними“. Однако [аят] был ниспослан об ансарах. До того как принять ислам, они вступали в ихрам ради Манат — идола, которому они поклонялись у аль-Мушалляля. И те, кто вступал в ихрам, стеснялись совершать обход между Сафой и Марвой. Когда же они приняли ислам, они спросили об этом Посланника Аллаха ﷺ и сказали: „О Посланник Аллаха! Мы стеснялись совершать обход между Сафой и Марвой“. Тогда Аллах Всевышний ниспослал: {Поистине, ас-Сафа и аль-Марва — одни из обрядовых знамений Аллаха}». Аиша — да будет доволен ею Аллах — добавила: «И Посланник Аллаха ﷺ установил [обряд] совершения обхода между ними, поэтому никому не дозволено оставлять обход между ними». Затем я сообщил [об этом] Абу Бакру ибн Абдуррахману, и он сказал: «Это знание, которое я не слышал. Но я слышал, как люди из числа обладателей знания упоминали, что люди, кроме тех, о ком упомянула Аиша [из числа тех], кто вступал в ихрам ради Манат, — все они совершали обход между Сафой и Марвой. А когда Аллах Всевышний упомянул [лишь] обход вокруг Дома и не упомянул в Коране Сафу и Марву, они сказали: „О Посланник Аллаха! Мы совершали обход между Сафой и Марвой, а Аллах ниспослал [аят] об обходе вокруг Дома и не упомянул Сафу. Так есть ли на нас грех, если мы совершим обход между Сафой и Марвой?“ И тогда Аллах Всевышний ниспослал: {Поистине, ас-Сафа и аль-Марва — одни из обрядовых знамений Аллаха}». Абу Бакр сказал: «И я слышу, что этот аят был ниспослан о двух группах: о тех, кто в эпоху джахилии стеснялся совершать обход между Сафой и Марвой, и о тех, кто совершал [обход], а затем стал стесняться совершать его в исламе, потому что Аллах Всевышний повелел совершать обход вокруг Дома и не упомянул Сафу, до тех пор, пока не упомянул об этом после того, как упомянул обход вокруг Дома».
— да будет доволен им Аллах — пришел, а я был с ним в день Арафа, когда солнце начало склоняться, и он позвал у шатра аль-Хаджжаджа. Тот вышел, будучи одетым в накидку, окрашенную сафлором, и сказал: «Что с тобой, о Абу Абдуррахман?» Тот ответил: «Отправляйся (на Арафа), если ты хочешь следовать Сунне». Он спросил: «Прямо сейчас?» Тот ответил: «Да». Он сказал: «Подожди меня, пока я не оболью голову водой, а затем выйду». И он спустился, пока аль-Хаджжадж не вышел. Он шел между мной и моим отцом, и я сказал (аль-Хаджжаджу): «Если ты хочешь следовать Сунне, то сократи проповедь и поторопись с пребыванием (на Арафа)».
Он начал смотреть на Абдуллу, и когда увидел это, Абдулла сказал: «Он прав».
